При расчленении вдоль продольной оси тела позвоночных животных и человека отчётливо видны похожие участки – метамеры. Метамерность, то есть похожесть соседних участков, является биологической закономерностью. Большинство представителей живого мира эту похожесть сохранило до наших дней. Причём, чем примитивнее живой организм, тем чётче на всех его участках эта похожесть просматривается.
Однако в процессе эволюции тело человека приобрело псевдометамерное строение, лишь на ранних этапах роста зародыша можно проследить образование метамеров. Их каждому из нас отпущено ровно 33.

При этом каждый метамер сохраняет некоторую автономность и как бы самостоятельно отвечает за слаженность действий всех семи структур, расположенных на его территории – кожи, мышц, костей, сосудов, внутренних органов, иммунной, эндокринной и нервной систем. Если образно, то автономность каждого метамера в чём-то сродни автономности отсеков подводной лодки с их системами жизнеобеспечения.
Относительная самостоятельность метамеров тела человека и возможности, говоря языком политиков, его «местных властей» легли в основу новых методик лечебного воздействия.

Когда говорим о псевдометамерном строении тела человека, мы имеем в виду, что в процессе эволюции некоторые метамеры видоизменились. Скажем, появились конечности, а три верхних метамера слились в один и образовали голову. Но! Обеспечение нервами органов, первоначально относящихся к тому или иному метамеру, осталось без изменения. Природа при всей своей гениальности и изобретательности весьма экономна.
Куда бы ни сместился орган, нервная система, обеспечивающая тот или иной метамер, замыкается на нейромер (участок нервной системы), вобравший в себя сегмент спинного мозга вместе с корешками, спинномозговыми узлами и нервами. Вот почему сердце или диафрагма, отстоящие на много сантиметров от места своей закладки, продолжают обеспечиваться нервным контролем от шейных позвонков.